О нас пишут

11 июля 2017 года

Тренер года-2017. Путеводитель Пушкова. Где бы я ни находился, сердце остается в Санкт-Петербурге

Интервью Артура Жоля с главным тренером "Немана". 

Это признание тренером года настолько безоговорочно, что даже слегка удивило — слишком внушительным оказалось превосходство над оформившим с “Динамо” рекорд “регулярки” Крэйгом Вудкрофтом.
Уверен, не в последнюю очередь, Сергей Михайлович подкупает всех своей открытостью. Вот и за минувший сезон, во время третьего пришествия в Беларусь, Пушков вновь раздал много интервью. Самых разных — о жизни, хоккее, жизни в хоккее и хоккее в жизни. Поэтому, раз уж он космополит, то нынешнюю венценосную беседу мы сложили необычным способом — в формате личного путеводителя: по странам, городам, событиям и людям…

Россия

МЯСОКОМБИНАТ
Мое поколение росло во дворе. Что делали дети в то время? В основном играли в футбол и хоккей. Оттуда — со двора, с “Золотой шайбы” — все и начиналось. Санкт-Петербург — большой город. С большими районами. Каждый разделен на ЖЭКи. Каждый ЖЭК выставлял команду на первенство района. Потом на площадке одной из лучших хоккейных школ — Ленмясокомбината — проходил общегородской финал, где просматривали и отбирали перспективных ребят. Таким же путем в ЛМК попал и я.
При мясокомбинате действительно была одна из лучших школ с очень хорошим стадионом. К сожалению, сейчас там ничего не осталось. Время поменялось — территорию застроили многоэтажками. Иногда проезжаю, и возникает сожаление. Тогда почти каждое предприятие имело свои секции, участвовало в первенстве города — соревновании приличного уровня. Понятно, что особняком стоял СКА, который представлял Ленинград в высшей лиге чемпионата СССР. Все стремились туда попасть.
Кстати, не думайте, что мясокомбинат снабжал детей колбасами и сосисками. Хотя однажды, когда выиграли чемпионат города, команду пригласили на дегустацию продукции. Показали и дали попробовать то, что производят.

ОБУВНАЯ
Как и многие, я параллельно играл в футбол. Когда зима заканчивалась, начинал ходить в школу “Скороход” при одноименной обувной фабрике. И мяч вполне мог перевесить шайбу. Даже не знаю, что стало решающим фактором. Наверное, я просто больше любил хоккей. Чаще смотрел его по телевизору. Матчи проводились по субботам, причем довольно рано — в 13.00. Бежали быстрее из школы, чтобы успеть.

ХЛЕБОЗАВОД
Родители были обычными рабочими. Мама трудилась на хлебозаводе, отец — в филиале “Невского завода”. Дома всегда имелся свежий вкусный хлеб. По дороге в школу многие ребята заходили ко мне попить чайку. Знали, что с самого утра у нас на столе лежат только что испеченные булочки или пряники. Если не успевали перед уроками — заходили после.

БЛОКАДА
Моя мать из-под Ленинграда, а отец вообще из Тверской области. В блокадном городе они не жили. Хотя мама прекрасно помнила войну. Ее родной брат в Великую Отечественную стал инвалидом. А брат отца участвовал еще в советско-финской. Вряд ли найдется семья, которую война не коснулась.
Мне сложно говорить о шестидесятых, но в семидесятых эхо блокады не ощущалось. Тем более нами, детьми, для которых жизнь проходила обыкновенно: школа, занятия в кружках, спорт... О каких-то сложностях не думали. Понятно, что трудившимся на заводах родителям наверняка приходилось нелегко. Однако мы жили в лучшей стране на свете — все в это свято верили.

НЕВСКИЙ
Рос я в Московском районе Ленинграда, который называют “южными воротами города”. Там расположен аэропорт Пулково. Но вообще любимое место — центр, который очаровывает. Особенно Невский проспект и набережные... Просто идешь и наслаждаешься. Недавно, когда вернулся с отдыха, снова провел в Питере некоторое время. Погулял и получил огромное удовольствие. Как раз застал белые ночи. Это безумно красивый город! И прекрасные загородные парки: в Пушкине, Павловске, столице фонтанов Петергофе...

ЭРМИТАЖ
Я очень проникнут Санкт-Петербургом и его культурой. Даже живя и работая в других странах, сердце остается там. “Парадная”, “поребрик” — использую эти слова в речи. И не “булка хлеба”, а “батон хлеба” — у коренного ленинградца по-другому быть не может. Нас действительно легко отличить от москвичей. История и духовное богатство города накладывают отпечаток. Не зря говорят, что Москва — большая деревня. Про Питер такого не скажешь. (Смеется.) Это ведь еще и город-музей — огромное количество музеев, театров и других центров искусства. Детей уже с младших классов водят туда и прививают любовь к прекрасному, чтобы они развивались гармонично. Такое практиковалось раньше и практикуется сейчас. Когда недавно зашел в “Эрмитаж”, туда привели ребятню дошкольного возраста — наверное, старшая группа садика. И такую интересную экскурсию устроили! Про Зимний дворец, императоров… Сам остановился и заслушался. Что любопытно, детям нравилось — задавали вопросы, пускай и примитивные. Я был удивлен. Это здорово!

МАРИИНКА
Когда приезжаю в Питер, всегда стараюсь посетить театры. В этот раз ходили с младшей дочкой в Мариинский на балет. Она же занимается балетом в Норвегии. Так что смотрели еще и с профессиональной точки зрения. Потом выбрались в Большой драматический — БДТ, на спектакль “Дядюшкин сон”.
Чувствую, что дочка выросла, тоже стала интересоваться историей города. Она же родилась уже в Осло. Раньше, когда приезжала, рассказывал ей: “Маша, смотри — это Петропавловская крепость”. Она мимоходом глянет: “Мг”. Теперь по-другому воспринимает. Гены! Недавнее наше посещение Петербурга мне очень понравилось.

ШНУР
Сложно назвать лучших уроженцев Санкт-Петербурга. Потому что их огромное количество — нереально кого-то выделить… Группа “Ленинград”? Слушаю. Не так много и не так часто — не все в ее творчестве нравится, особенно когда идет серьезный перебор в лексике. Но, конечно, есть замечательные композиции. В принципе они у всех на слуху. Регулярно выходят клипы, которые становятся шедеврами и определяют настроение народа.
Действительно ли в Питере — пить? Ха! Буквально так не скажешь, однако образность в этом есть. Город опьяняет и одурманивает своей красотой. Особенно в белые ночи. Когда небо чистое — шикарное зрелище! В нынешнем году, к сожалению, с погодой не очень. Хотя туристов все равно море. Дочка была в шоке. Мы еще как раз поехали вечером на разведение мостов. Не протолкнуться! Набережная полностью останавливается. Ну а праздник “Алые паруса” вообще превосходит все на свете…

МОСТЫ
Да, раньше разведение мостов и вправду было хорошей отмазкой. Опоздал — и все, ждешь. В половину третьего ночи сводили Дворцовый. И то на пятнадцать минут — для таксистов и других срочных нужд. Остальные утром. Сам несколько раз попадался. Сейчас, к сожалению или к счастью, эта отмазка уже не актуальна. Построили окружную и вантовый мост, который очень высокий — неразводной. В любое время суток можно переехать с левого берега на правый.

ПУТИН
В Ленинграде ведь родился и нынешний президент. У меня к нему положительное отношение — даже при всей той критике, которая доносится с разных сторон. Считаю, Путин заставил весь мир уважать Россию. Не бояться, а именно уважать. Не хочется углубляться в политические вопросы, но страна вернулась на свое одно из лидирующих мест. А внутренние проблемы есть везде — без них никуда. Семьдесят лет мы двигались в одном направлении, потом еще десять — в другом, затем еще пятнадцать — переходный период… Понятно, при таком развитии трудностей не избежать. Это ведь не маленькая Норвегия, а огромное государство, где не так легко все наладить.

УЧИТЕЛЯ
Петербург свел меня с прекрасными наставниками. Очень повезло с первым тренером — Юрием Павловичем Горчаковым. Больше таких не встречал. На протяжении семи лет столько вложил!.. Благодарен ему безмерно. Кстати, возможно, он тоже повлиял на выбор в пользу хоккея: несколько раз приезжал к родителям, разговаривал, просил не бросать занятия, когда я уходил гонять мяч. Из нашего выпуска многие попали в команды мастеров.
Еще надо вспомнить Николая Георгиевича Пучкова — легенду ленинградского хоккея. Участвовал в создании хоккейного клуба “Ижорец”, который выступал в первой лиге чемпионата СССР. Когда меня взяли туда молодым парнем из школы ЛМК, смотрел на Пучкова с открытым ртом. Это был человек из телевизора, вдруг ставший моим тренером.
Конечно, нельзя не отметить трудившихся в СКА Петра Андреева, Бориса Петровича Михайлова, Игоря Владимировича Захаркина… Поработать с такими личностями — большая удача. Они все очень разные. Став тренером, от каждого что-то взял.

Германия

МЮНХЕН
Конечно, чемпионат мира 1993 года крепко засел в памяти. Для меня это был единственный турнир такого уровня с национальной сборной. Причем победный — первое суверенное золото для страны. Мы тогда хорошо провели сезон. На протяжении года Борис Петрович Михайлов, который параллельно тренировал СКА, практически не менял состав. Коллектив сплотился. Это, наверное, и стало одним из факторов успеха. Хотя Россия и близко не ходила в фаворитах — болельщики ничего особенного не ждали. И вдруг первое место!
Очень запомнился стартовый матч против сборной Италии, когда уступали 0:2, но вырвали ничью. Запомнились и две встречи с канадцами — моя первая возможность сыграть с родоначальниками хоккея. У них на том турнире зажигал Эрик Линдрос — звезда НХЛ. Что интересно, наши раздевалки размещались по соседству. И душевые граничили неполной стенкой: сверху и снизу открытое пространство. Когда канадцы нас на групповой стадии победили, оттуда столько всего лилось! Особенно от ребят из “Филадельфии” — одноклубников Юшкевича и Буцаева. Поддевали разными фразочками. Но когда закончился полуфинал, где они вели 3:1, а в итоге проиграли 4:7, — стояла гробовая тишина. Словно все умерли.
И, конечно, никогда не забуду, как со шведами в финале разобрались. Матч проходил в мюнхенском “Олимпиапарке”, построенном к Играм 72-го года. Площадку установили под сводами велотрека, а там стеклянная крыша. Дело было второго мая — в тридцатиградусную жару. Внутри все нагрелось — духота невыносимая. И одни шведские болельщики. Но мы справились — 3:1.
При этом сборную тогда пышно не встречали, приемов у президента, как это сейчас происходит, не устраивали, премиальных не платили. Борис Николаевич Ельцин поздравил телеграммой. Потом уже были чествование и фуршет в Санкт-Петербурге для хоккеистов СКА, которые организовал Военный округ. Тогда и клуб неплохо выступил — дошел до полуфинала, где проиграл “Ладе”.
После этого в Мюнхене не бывал — только проездом. Кстати, с юношеской сборной Беларуси. Вспомнил чемпионат 93-го — приятно стало.

ГАМБУРГ
Мой первый выезд за границу тоже случился в Германию — в Гамбург. По линии городов-побратимов отправились с “Ижорцем” играть против местных ребят. Матча два или три.
А еще младшая дочь в прошлом году поступила в Гамбург в балетную школу. Правда, проучилась полгода и вернулась обратно в Норвегию. Она выросла дома, а там оказалась одна, в интернате — без папы, мамы, подруг… Видимо, сложновато далась адаптация. Плюс травма — разрыв мышцы. Одно на другое наложилось. Хотя в части балета все было хорошо — она большая труженица. Сейчас продолжит занятия в Осло — в школе при центральном театре. Ходит туда с первого класса — уже лет десять. Закончит — будет профессионально выступать. Должно получиться. Хотя многое, конечно, зависит и от здоровья. Но сцена ее определенно завлекает. Еще в первый год, только поступив в эту школу, вместе с другими детьми приняла участие в большом спектакле — “Щелкунчике”. Их там вывели в каком-то эпизоде. Огромный зал, море людей… Наверное, это и вдохновило.

Швеция

ЕВЛЕ
В 1994-м, через год после чемпионата мира, я впервые уехал играть за границу и попал в прекрасную команду. По тем меркам, титулованный шведский “Брюнес” — это уровень ЦСКА. Увидел много нового, необычного. Узнал, что можно готовиться к сезону без заездов на базу. Хотя тренировки были двухразовыми и даже трехразовыми. Но что еще больше удивило — сильнейший дивизион был не на сто процентов профессиональным. Даже в топовом “Брюнесе” некоторые параллельно работали. Олимпийский чемпион Андреас Дакелль приезжал на арену на маленьком грузовичке. Подрулил, позанимался, укатил. Вечером то же самое. Трудился где-то на стройке.

САНДЛИН
В Евле судьба свела с потрясающим тренером, очень сильным специалистом — знаменитым Томми Сандлином, которого называли шведским Тарасовым. Он был приверженцем русского хоккея. Другое прозвище — Профессор. Потому что дотошно относился к каждой мелочи. Хотя многое отличало Сандлина от Тарасова. Удивился установкам: он вообще ничего не говорил! Каждая пятерка перед матчами отдельно садилась за стол: в центр клался планшет, и хоккеисты между собой обсуждали, как играть. Он и на тренировках был немногословен. Перед началом занятия на доске вывешивались два плана — с техническими упражнениями и тактическими. Рядом стояли толстые папки. Парни приходили, смотрели номера упражнений. По этим номерам находили их в папках и читали описание. Как только начиналось занятие, каждый уже знал, что делать. Потом Сандлил свистел, созывал всех, открывал эти же папки, тыкал пальцем и говорил лишь, сколько надо повторений. Команда была очень дисциплинированна.
Томми только несколько раз устраивал общекомандные собрания. Помню, в плей-офф проигрывали в серии с “Лулео” 0:2. А борьба шла до трех побед. И вот Сандлин на установке перед третьим матчем говорил, говорил... и вдруг заплакал! От обиды. Я уже чуть-чуть понимал шведский: “Вам не стыдно? Пять тысяч ходит смотреть, а вы так проигрываете…” После этого одержали три победы подряд и вышли в следующий раунд. Вот это эффект! У каждого свои методы: Тарасов пел “Интернационал”, Сандлин — плакал…

Норвегия

“СПЕКТРУМ”
После года в “Брюнесе” контракт со мной не продлили — взяли курс на омоложение. Поступило предложение из Норвегии — из столичного “Спектрума”. Михайлов в то время ждал обратно в СКА, но хотелось продолжить карьеру за границей, заработать немного. Все-таки шел четвертый десяток. Естественно, не предполагал, что задержусь так долго и стану гражданином страны.
Помню свои первые впечатления: оказался немного шокирован. Вроде бы Норвегия рядом со Швецией, границы нет, но разница между хоккеем — огромная. Там этот вид был полностью непрофессиональным — работали все, за исключением иностранцев. И близко не пользовался такой популярностью, как лыжи, футбол, женский гандбол…
Чувствовалась разница и в уровне жизни. Это особенно бросалось в глаза на дорогах, где был более старый парк автомобилей. Тогда экономика страны только начинала раскручиваться. Зато сейчас никакой разницы уже нет, и норвежцы прилично откладывают в золотовалютные закрома. Если что-то произойдет, смогут еще долго держать экономику на уровне. Поэтому в плане социальной обеспеченности это мощная страна.

ОСЛО
Осло мне очень нравится. Расположен на Осло-фьорде. Окружен горами и холмами. Но это все равно не Питер — просто приятный город. Норвегия вообще приятная, красивая страна. Фьорды очаровывают — не зря один из самых популярных туристических маршрутов. Когда начинается сезон отпусков, паром, который ходит в Киль, всегда переполнен. И летом сложно понять, что находишься в Норвегии, потому что очень много машин из Германии, Дании, Голландии… Ближе к фьордам местного транспорта вообще нет. Люди приезжают даже с прицепами- дачами.

НАРОД
Норвегия приучила меня к законопочитаемости. Если закон написан — надо выполнять. Например, знать, где можно парковать авто, а где нельзя. Там гражданам очень быстро это объяснили: пару раз оштрафовали на приличные суммы — и народ перестал ставить машины, где попало. Население живет по другим принципам. Но и с другими возможностями. Имея работу, спокойно планируешь будущее. Получаешь все и сразу, а не через много лет. Берешь займ, покупаешь квартиру, машину. Россия сейчас тоже к этому приходит.
Вообще, норвежский уклад жизни довольно спокойный и размеренный. Пожалуй, даже чересчур. Русский человек может быстро все изменить, сымпровизировать. А там будут думать: зачем, если все идет ровно? Разный менталитет. Тем не менее народ очень хороший, приветливый, доброжелательный.

Испания

ОТПУСК
Еще мне очень нравится Испания как страна для отпуска. Там теплый климат, хорошие возможности для отдыха, прекрасное море, зажигательный народ… И все это по демократичным ценам. За последние десять лет съездил туда раз семь.

Беларусь

НОВОПОЛОЦК
Когда я впервые побывал в Беларуси? Наверное, где-то в середине восьмидесятых, когда “Ижорец” приезжал играть в Новополоцк и Минск. Спустя двадцать лет, оказавшись в Новополоцке уже в качестве тренера, увидел, что там ничего в хоккейном хозяйстве не изменилось. Административное здание, баня, коробка с левой стороны — все осталось прежним. Только с правой стороны построили крытую арену. В бане даже люстра с восьмидесятых висела. Хорошо запомнил, потому что с “Ижорцем” тогда оставались ночевать и ходили париться. Люстра оригинально выполнена — в форме колеса от телеги. И вот спустя двадцать лет захожу — то же колесо на том же месте!
Но в целом страна тогда приятно удивила. Все-таки со времен отъезда в Норвегию у меня в памяти осталось запущение, царившее в России. А здесь, впервые отправившись с командой в другой город, обратил внимание, что везде порядок: поля зеленые, трактора работают, дороги хорошие, чистота кругом… Европа! На то время это действительно было достижением страны.
Кстати, как и в случае с Норвегией, не ожидал, что задержусь надолго. Приехал попробовать, получится ли работать со взрослой командой, а остался на четыре года. Потом еще дважды возвращался за золотом.

ГРОДНО
Беларусь стала для меня особенным местом. Можно сказать, вторым домом. Появилось море знакомых, друзей. С некоторыми, как, например, с Анатолием Михайловичем Варивончиком, еще в союзные времена встречались на площадке по разные стороны баррикад: “Ижорец” играл с “Динамо” в первой лиге чемпионата СССР. Потом, после 2014-го, когда я некоторое время поработал в Гродно и на два года вернулся в Питер, периодически созванивались и с Варивончиком, и с Владимиром Григорьевичем Шенько. Здесь действительно много людей, создающих приятную, комфортную для работы атмосферу. Мне в Беларуси все нравится.
Гродно вообще классный город. Говорю это искренне. Шикарный исторический центр. Есть где прогуляться — как по Невскому проспекту. Если выпадает возможность, с удовольствием посещаю местный драматический театр. Единственное, чего здесь не хватает, — горнолыжных курортов. Это мое хобби. В Норвегии регулярно катался, а здесь за год только один раз получилось, когда выбрались в литовский Друскининкай — там есть искусственный склон. Во время работы в “Немане” в 2014-м удалось еще посетить “Силичи”.
А в Осло можно хоть в июле кататься. В стране, если не ошибаюсь, три летних горнолыжных курорта. Оборудованы на ледниках, где минусовая температура. Потом можно спуститься на машине — и через десять минут уже будешь в озере купаться. Контраст.

ТРЕНЕР ГОДА
Даже не задумывался о возможном признании. Еще когда лучшим выбрала федерация, Анатолий Михайлович сразу позвонил и поздравил — я был приятно удивлен. Прежде не было личных тренерских наград — эта дебютная. Помню, в 2014-м смотрел, что стал в опросе вторым после Хэнлона. Теперь, можно сказать, шажок вперед… Но надо продолжать работать — на носу Лига чемпионов.

По материалам pressball.by

Назад