О нас пишут

23 ноября 2018 года

Большой текст "Прессбола" о пути Андрея Сидоренко

Бесконечный материал от Юрия Довнара, по прочтении которого у вас обязательно возникнет эффект дежавю.
Принято считать, что одно поколение — это четверть века. Коли так, то история Андрея Сидоренко — история двух поколений. Между двумя его назначениями главным тренером сборной Беларуси — 25 лет и 2 месяца. В мае 1993-го Сидоренко стал вторым рулевым в летописи белорусской национальной команды, в июле 2018-го — вновь впрягся в те же сани. В первый раз его работа со сборной закончилась неудачной попыткой пробиться в элитный дивизион, сейчас на повестке дня тот же барьер. 

Весной будущего года белорусам предстоит бороться за место под солнцем на турнире в Казахстане. И тогда, и сейчас речь идет о Сидоренко-совместителе. В 1993-м он, 34-летний, принял сборную, будучи рулевым минского "Динамо", которое за время пути стало "Тивали". В 2018-м, он, 59-летний, возглавил динамовцев уже после назначения в сборную. Тот "Тивали" выступал в Межнациональной хоккейной лиге, это "Динамо" — в Континентальной. Суть турниров примерно одинакова, как и место белорусского полпреда в них — в хвосте.

"Не прошло и ста дней от приказа, как новичку предложили стать на задние лапы и исполнить дембельский вальс"

Под таким заголовком вышел материал в "ПБ" от 19 января 1993 года. "Человек со стороны" Андрей Сидоренко, не проведший у руля "Динамо" и двух месяцев, впервые столкнулся с "дворцовыми интригами" белорусского хоккея. В то время, как Дворец спорта был занят детскими праздниками, "Динамо" не пустили на лед Крытого катка в парке имени Горького. "Сколько себя помню, такого еще не было, — сетовал тренер. — "Динамо" всегда пользовалось флагманскими правами, теперь же все встало с ног на голову. Команде уже не помогают, а, напротив, мешают. Перед матчем с московским "Динамо" не добрали 10 часов ледовой подготовки... Не дают теперь и игроков. Возможно, кому-то очень хочется увидеть меня на коленях, чтобы самому исполнить роль короля. Но этого просто не будет. Команду же такой политикой загубить можно".

Андрей Сидоренко. Тивали

Матч с динамовскими одноклубниками прошел во Дворце спорта и собрал биток — 3000 зрителей. Зал проводил минчан аплодисментами, хоть они и проиграли со счетом 1:4. Единственную шайбу белорусов забросил Владимир Копать, который через девять лет с небольшим огорчит в Солт-Лейк-Сити шведа Томми Сало. Ассистентский балл заработал Андрей Скабелка, который через три года сыграет примечательную роль в судьбе Сидоренко. Хватало и других знаковых фамилий: Хмыль, Занковец, Бекбулатов, Романов, Матушкин, Андриевский, Расолько, Макрицкий, Василий и Дмитрий Панковы.

То было 17-е поражение в 31-й игре первенства МХЛ. В Западной конференции минчане шли на третьем месте с конца...

Та же позиция осталась за командой по окончании второго этапа, после 42 игр. Но результат в МХЛ быстро отошел на второй план — "Динамо" вступало в "тивализованные" отношения. В марте 93-го появилось сразу несколько проектов нового ледового дворца — за дело брались конкурирующие скандинавские фирмы. Под строительство был утвержден участок земли в районе столичной улицы Притыцкого — в том месте, где ранее размещалась деревня Тивали. Планировалось, что уже через год здесь появится "Тивали-арена" с кафе, магазином, маленькой гостиницей и трибунами на 3000 мест. Поговаривали, что в "Тивали" будет переименовано и "Динамо"... 

Переименование произошло очень скоро, с ареной же — не получилось.

"Хоть и плохонький, но свой"

Это про первый чемпионат суверенной Беларуси по хоккею, участником которого стал Андрей Сидоренко — уже не с "Динамо", но с "Тивали". Довольно скоро стало ясно, что турнир не выльется в формальное определение будущего участника Кубка Европы, а станет одним из главных соревнований сезона. Впервые айсберг перевернулся уже в четвертой игре минчан — в Новополоцке. Тамошний "Химик" при содействии переполненной арены (хоккейным болельщикам пришлось отказаться от телетрансляции футбольного матча "Спартак" — "Фейеноорд") опрокинул флагмана со счетом 4:1. Помимо фамилий, которые несколькими абзацами выше, в составе "Тивали" стоит упомянуть, как минимум, еще четыре — Салей, Цыплаков, Стась и Карачун.

Впоследствии минчане уступили еще и гродненскому "Неману", но уже в ранге чемпиона. Основной состав "Тивали" под управлением Сидоренко отправился в Санкт-Петербург на представительный турнир, а доигрывать чемпионат Беларуси в форме флагмана, по сути, осталась "Юность"-76. В первой пятерке той команды выступал нынешний председатель федерации хоккея Геннадий Савилов.

Из Питера команда Сидоренко вернулась со щитом — дала бой представительным сборным Швеции и Финляндии, победив россиян, норвежцев и команду Санкт-Петербурга. Кажется, именно тогда стало понятно, кто станет следующим тренером сборной Беларуси, но еще не было ясно, чем для этого тренера закончатся "тивализованные" отношения.

В списке для голосования значились четыре кандидата — помимо Сидоренко, первый рулевой сборной Владимир Сафонов, Анатолий Варивончик и Владимир Крикунов. Однако в столь представительном окружении победитель определился уже после первого тура. Варивончик не набрал ни одного голоса, Сафонов и Крикунов получили по три, победитель — семь. Любопытный нюанс — член исполкома ФХБ Варивончик тайно проголосовал против... себя.

Андрей Сидоренко. 1993 год

После того исполком принял решение о созыве внеочередной конференции, чем фактически выразил вотум недоверия главе ФХБ Евгению Анкуде. Против созыва проголосовал только один человек — сам Анкуда.

"Смену белорусской хоккейной власти "Тивали" отметил блестящей победой" — заголовок "ПБ" из октября 93-го. Сидоренко и команда в рамках четвертьфинала Кубка Европы наведались в словацкий Тренчин на 19-летнем ветеране-"Мерседесе" и увезли три виктории — над болгарской "Славией", эстонским "Кренгольмом" и местной "Дуклой". 

"Ну, и рубились же "лесорубы" с "дуболомами". Это уже из ноябрьского Турку, где прошел полуфинал еврокубка. Лесорубы — это эпитет от рулевого ТПС Владимира Юрзинова, чья команда была главным соперником "Тивали" за выход в решающую стадию. Дуболомы — это сравнение от Сидоренко. В Турку он отправился вопреки запретам врачей, с острой формой пневмонии. Обошлось. И все было не зря — "Тивали" попал в восьмерку лучших команд Старого Света.

Финал Кубка Европы проходил в Дюссельдорфе под самый 94-й. Примерно в тех же числах Человеком года был признан Геннадий Карпенко — мэр Молодечно и один из самых авторитетных депутатов Верховного совета. Конкуренцию ему составляли Галина Крыленко, Александр Рудских, Иван Щекин, Людас Румбутис, Владимир Базеко, Евгений Хвастович и президент "Тивали" Игорь Макаед.

По разу победив, уступив и сыграв вничью, Сидоренко и К удостоилась прессболовской похвальбы:

Если целиком довериться табели о рангах и исходить из того, что белорусский чемпион — пятый клуб во всем Старом Свете, далее ничего говорить, пожалуй, уже не стоит. Никакие тона превосходной степени не смогут донести до находившейся за забором великого праздника великой "бел-чырвона-белай" болельщицкой армии все брызги шампанского, проливаемые в подобных случаях.

Многие из тех, кто оказался ниже пятого места, получают этак раз в пятьдесят больше тех, к кому сегодня подходим с европейскими мерками профессионального хоккея. В их клубах есть свои офисы, дворцы, миллионные бюджеты, респектабельные виллы и фантастические контракты. В их школах есть море льда, изобилие клюшек, прекрасная детская экипировка и благополучные родители. Но зато в "деревенских" командах еще остаются люди, способные на маленькое чудо, от которого потом хорошо великому числу измученных фатальным регрессом людей.

"Тивализованные отношения"

Через год "Тивали" вновь пробился в финал Кубка Европы (юбилейного, 30-го, розыгрыша), но выступил неудачно — последнее место в группе. Команда по инерции выиграла еще в двух первенствах страны, а в сезоне-1995/96 уступила первое место "Полимиру". Сенсацией такое положение вещей не выглядело. Команду массово покидали игроки — и не без обид. Многие из них чувствовали себя обманутыми, бросая камни в огород Макаеда. Сидоренко же был проводником идей президента, его верным соратником, поэтому по касательной доставалось и ему. Положение тренера в те годы ярко характеризуют две истории — от Руслана Салея и Александра Алексеева.

Салея в команду пригласил именно Сидоренко, хотя, как говорил тренер, выглядел он сыровато, но обещал вырасти в хорошего игрока. Сам Руслан тоже не отрицал, что его большая карьера начиналась авансом. "Думаю, большинство наших специалистов не видели во мне игрока, способного достичь определенных высот", — говорил он о том времени.

Однажды Макаед и Сидоренко вызвали Салея в офис для разговора. То было время, когда хоккеисты легко перебегали за океан, в том числе, из "Тивали". Судя по всему, боссы опасались, что Руслан последует их примеру. Салею предложили новый контракт и ВАЗ-2109 в качестве "подъемных". "Девятку" защитник получил не сразу, но получил — в этой ситуации Макаед слово сдержал. Однако вручение подарка было обставлено так, что Салей стал в команде практически изгоем. Автомобиль презентовали перед домашним матчем МХЛ с воскресенским "Химиком", выкатив его прямо на лед. Все выглядело так, будто именно Салей стал лучшим игроком команды в минувшем сезоне, хотя на эти лавры он явно не претендовал. В команде хватало более опытных и мастеровитых игроков, а титул лучшего хоккеиста Беларуси носил Скабелка. После игры Салей принес в раздевалку шампанское, но многие ветераны его даже не пригубили. Зато косых взглядов молодой защитник наловил вдоволь.

Руслан Салей. Тивали


Алексеева в силу возраста в США уже не ждали, но в добротном европейском клубе он мог еще вполне поиграть. В "Тивали" охотно шли на контакт с зарубежьем — в обмен на компенсацию. Алексеева отправили в третий немецкий дивизион, в клуб "Вильгельмсхавен". Отправили вопреки его воле. Во-первых, защитника не устраивал уровень соревнований. Во-вторых, в команде уже были Сергей Хаткевич и Андрей Дмитриев, а лимит на легионеров — два человека. Алексеева "сломали", пообещав сполна выполнить условия контракта с "Тивали". Главное — жилищные. Обещанного Алексеев не дождался и через три года.

"Игорь Матушкин сам себе нашел в Швеции клуб и вывел на него для последующих торгов "Тивали". То же самое можно сказать о Викторе Карачуне, Андрее Расолько... Хаткевича с Дмитриевым в свое время устроил "опальный" начальник команды Юрий Никонов. Об "американцах" и вовсе речи нет. Другими словами, если думаешь остаток игроцкой жизни поработать не в дерьме — ищи себе контракт сам. А когда найдешь — приходи к Макаеду, и он получит за тебя денежки...", — суть того времени в изложении Алексеева.

Несмотря ни на что, он продолжал получать приглашения в сборную Беларуси. И вежливо отказывался: "Если говорить честно и конкретно, то я очень уважаю Сидоренко как специалиста, но под его началом играть не буду. Для меня он остается тренером того же "Тивали".

Последний в истории чемпионат Межнациональной хоккейной лиги — сезон-1995/96. На первом этапе "Тивали" победил лишь раз в 26 матчах и отправился бороться за 15-28 места. В среде аутсайдеров получилось в два раза лучше — две победы в таком же количестве матчей. Вторую из них, и первую домашнюю, "Тивали" одержал в последнем туре — на переполненном Крытом катке, где гостил "Булат" из Караганды.

"Мы передвигались на автобусе. Помню, ехали до Санкт-Петербурга, а затем в Москву. И вот между этими городами автобус ломается. И мы встаем почти в чистом поле. Ребята не растерялись, увидели, что картошка растет, выкопали, огонь развели и приготовили. Такие времена были. Я с тех пор ночью стараюсь не ездить. Водитель же был всегда один, без сменщика. И вот едем как-то, я впереди сижу, чуть сбоку. Вижу, что водитель головой клевать начал и руль выпускает. Как дал ему с ноги в ухо. Проснулся, конечно. А если бы я не заметил?, — воспоминания Сидоренко о тех годах.

"Письмо 20+3"

К тому времени "Тивали" уже перестал быть базовым клубом сборной, хотя некоторые игроки все же проходили в состав национальной команды. При Сидоренко белорусы со второй попытки преодолели барьер группы "С", где начинали все сборные постсоветского пространства, и не только. Уйти на повышение с первой попытки помешали словаки — в решающем матче они победили со счетом 2:1. Однако через год, в 1995-м, софийский лед оказался более успешным — белорусы проторили дорогу в группу "В". В финальном раунде команда Сидоренко сошлась с украинцами и казахстанцами — и одержала две победы (3:1 и 2:1).

За путевкой в элиту белорусы отправились в Эйндховен, почти сразу после окончания чемпионата Беларуси-1996 (того самого, где "Тивали" сложил полномочия). Путевка была одна, претендентов — восемь. Помимо белорусской, сборные Латвии, Швейцарии, Великобритании, Польши, Дании, Голландии и Японии. Примечательным было и то, что впервые матчи хоккейного чемпионата мира с участием нашей команды показывало белорусское телевидение. Регламент был таков, что команда, поднявшаяся из дивизиона "С", в первом туре встречалась со сборной, вылетевшей из элиты. Естественно, Беларусь и Швейцария сошлись впервые в истории. 

Комментировали матч, закончившийся нашей победой со счетом 4:2, Владимир Новицкий и Владимир Бережков. Видеозапись же сохранил автор pressball.by Вячеслав Игнатович, который очень рекомендует вместе с оператором голландского телевидения заглянуть после игры в раздевалку нашей команды (заброшенные же шайбы можно наблюдать с отметок: 35.00; 42.00; 52.00; 1.36.00; 1.51.10; 1.56.40).



Во второй встрече наши не без труда переиграли хозяев льда голландцев, а решающим оказался третий поединок — со сборной Латвии. Увы, он завершился не в пользу белорусов — 1:4. На финише турнира наши уступили еще и британцам (2:4), и заняли только третье место. В символическую сборную того чемпионата из белорусов вошел лишь Александр Андриевский.

Вскоре состоялось заседание исполкома БФХ, который продлил полномочия Сидоренко. Но уже через три дня на стол главы федерации легло письмо за подписью двадцати ведущих хоккеистов страны — фактически вотум недоверия главному тренеру. Была даже подпись единственного представителя Беларуси в НХЛ Владимира Цыплакова, которого в Эйндховене, естественно, не было. Нападающий некогда покинул "Тивали" по известной причине — клуб не выполнил взятые на себя обязательства.

Андрей Сидоренко. "Письмо 23"

Недовольство хоккеистов копилось все три года, с первого выезда сборной. Тогда Сидоренко сделал ставку на состав ведомого им же "Тивали", хотя на родине находились многие из легионеров. Возможно, это не стало бы причиной обид, но в сборной оказались и хоккеисты, попавшие в команду явно не по спортивному принципу. В частности, упомянутые Цыплаков и Алексеев, а также Михаил Захаров, которого еще предстоит упомянуть всуе.

"Легионеры в "Тивали" были как бы персонами нон-грата, а Андрею Михайловичу не хватило рассудительности (или смелости?), чтобы выделить элементарные обязанности тренера сборной из нагромождения противоречивых интересов хозяев клуба... Большинству игроков стало совершенно очевидно, что в преддверии чемпионата мира их главный тренер был занят не столько заботами главной команды страны, сколько спасением бывшего клуба-флагмана — тонущего корабля, дырки в днище которого по воле волн росли прямо пропорционально падению интереса акционеров "Тивали" к своей некогда любимой хоккейной игрушке", — мнение тогда главного редактора "Прессбола" Владимира Бережкова. 

Ныне Бережков является спортивным директором федерации, а Сидоренко — снова тренер главного клуба и главной сборной страны.

Через несколько дней "письмо 20-и" превратилось в "письмо 23-х" — добавились Андрей Прима, Аркадий Павлюченко и Андрей Гусов. Последний (ныне Гусов тренирует польский "Тыхи") через десяток лет скажет, что "не стоило этого делать": "В 1996-м одни люди хотели прийти к власти в белорусском хоккее, в то время как другие не желали уходить. Атмосфера в коллективе была — ни то ни се. Кому-то не нравился Сидоренко. Но от него требовали результат, и Андрей Михайлович добивался его своими методами".

К слову, фамилии Салей в "письме 23-х" не было вовсе, а единственным хоккеистом, напротив фамилии которого не оказалось подписи, остался Андрей Скабелка. Свою позицию он объяснял просто и понятно: хоккеисты должны выходить на лед, а решать судьбу тренера — не в их компетенции. Скабелка подтверждал, что атмосфера в сборной была неидеальной, но считал, что ответственность должны нести все поровну, а не только главный тренер.

Ирония судьбы. Сейчас Скабелка руководит сборной Казахстана, то есть является главным оппонентом белорусов Сидоренко в борьбе за возвращение в элитный дивизион. Причем будущей весной Андрею Владимировичу принимать Андрея Михайловича на своей территории.

"Один дурачок предложил идти топиться"

На двух подписантах "письма 23-х" стоит остановиться отдельно — ибо они и сейчас находятся поодаль от Сидоренко, причем в противоположных лагерях.

Во-первых, Михаил Захаров. Сидоренко считал его правой рукой, лучшим помощником. Строго говоря, в Эйндховене нападающий оказался не по спортивным показателям. Ему, завершающему карьеру, даже осторожно предлагали войти в тренерский штаб, но все же Захаров исполнил роль игрока — Сидоренко считал, что он нужен сборной в любом качестве.

Особого авторитета в коллективе Захаров вроде как не имел. Выборы капитана он проиграл с треском, получив минимальное количество голосов. Но нынешний рулевой "Юности" проявил недюжинные организаторские способности — в идейных вдохновителях "письмо 23-х" без труда угадывался именно он, уши торчали. "Миша за довольно короткое время стал вхож в большие кабинеты и не без оснований рассчитывал на влиятельную поддержку сверху", — краткое содержание от тогдашнего главы федерации Льва Контаровича.

Захаров метил высоко — сразу на место Сидоренко. Но в тот раз не получилось, место он занял позже. 

Андрей Ковалев, хороший друг Захарова, наотрез отказался выступать за сборную, пока ее возглавляет Сидоренко. Впрочем, он-то как раз был последователен в своих взглядах и действиях. "Я приехал не к Сидоренко — он меня сюда не звал", — эти слова Ковалев произнес еще перед началом турнира в Эйндховене. Для подготовки к чемпионату мира команде запланировали сбор в "Стайках", посоветовавшись предварительно с самими хоккеистами. Но потом прибыл Ковалев и сказал, что "Стайки" далеко, и он туда не поедет.

Отказаться от услуг форварда "Крефельда" тренер не мог, тот был одним из ведущих хоккеистов страны.

Андрей Сидоренко и Андрей Ковалев

"Даже как-то брезгливо комментировать. Люди, которых вырастили и выпестовали, позабыли все хорошее и сделали откровенную "подлянку". Все их претензии — детский лепет. Даже не ожидал такой безграмотности... Моя главная ошибка заключается в том, что взял этих людей в сборную. И они замутили воду, личные амбиции оказались выше интересов сборной. По-другому, кроме как предательством, это назвать трудно... Один дурачок предложил идти топиться, а все остальные послушно потянулись за ним", — откровения Сидоренко в разгар бузы.

Через 13 лет в разговоре с прессболовцем Николаем Карповичем тренер провел ту же генеральную линию: "Этот поклеп показал сущность многих людей и заставил некоторые вещи переосмыслить. Тогда лишний раз убедился, что чрезмерное добро приводит к необратимым последствиям. Нисколечко не смущает, что меня предали люди, которые немногим ранее хотели продать родину. Во время одного из турниров в Финляндии некоторые хоккеисты просили политического убежища, но получили от ворот поворот. Теперь же они работают тренерами. У многих после инцидента карьера пошла по нисходящей. Жизнь расставила всех по местам".

Дальше из 2018-го, в интервью Сергею Щурко: "Я тогда молодым был и совершил много ошибок. Часто делаешь людям добро, а в ответ... Я много чего мог бы рассказать на сей счет. Но все в прошлом, какой смысл ворошить старое?"

...Внеочередное заседание исполкома остановились на компромиссной фигуре незлобивого и спокойного Анатолия Варивончика. Его ассистентами стали Владимир Меленчук и... Захаров. Уже через три месяца сборная Беларуси в Риге добыла путевку на первую для себя Олимпиаду, в Нагано.

Не так давно Сидоренко признался, что с Захаровым здоровается, но не общается. Отношения же с Ковалевым, надо полагать, давно нормализовались. Нынче он ходит у Сидоренко в помощниках.

"Золотой диктатор"

В 96-м, разорвав отношения с Беларусью, Сидоренко отправился в Польшу, где впоследствии получил прозвище Золотой диктатор. Заурядную "Унию" из Освенцима он сделал чемпионом, а впоследствии возглавил и национальную сборную.

В феврале 2005-го пути Сидоренко и Захарова вновь пересеклись — в Риге, на Олимпийской квалификации. Полякам удалось собрать практически всех сильнейших, в том числе звезд НХЛ — Кшиштофа Оливу и Мариуша Черкавского. Последнего Сидоренко хотел назначить капитаном, но случился прелюбопытный сюжет. Олива привез каждому хоккеисту по несколько рулонов туалетной бумаги (!) и шампанское. Столь затейливым образом он расположил к себе партнеров, и когда пришло время голосовать, Черкавски уступил.

Андрей Сидоренко. 2002 год

Впрочем, выбор в пользу Оливы оказался верным — он стал подлинным лидером коллектива. В стартовом матче квалификации Сидоренко едва не огорчил Захарова. За семь минут до конца третьего периода поляки сравняли счет (2:2), правда, в концовке Олег Антоненко избавил белорусов от позора.

Несмываемый позор нашу команду накрыл с головой позднее — в решающем поединке с латвийцами. За пять минут до конца белорусы, казалось бы, уже держали путевку в Турин в кармане, ведя с комфортным перевесом в две шайбы (нас устраивала даже ничья). Соперник пошел ва-банк, сняв с игры вратаря. Заделенов из центральной зоны не смог попасть в пустые ворота... Затем перемудрили Кольцов с Грабовским, вдвоем выкатившиеся на одного защитника... В итоге латвийцы перевернули землю в течение двух минут и двадцати секунд, забросив три шайбы.

В комментарии по итогам кошмарного матча Захаров говорил ровно то же самое, что он говорит поныне после любой проигранной встречи — винил судей. Но, кажется, именно тогда, в феврале 2005-го, он настроил против себя целое поколение белорусских болельщиков — первое не советское. То, для которого хоккей начался вместе с суверенитетом страны, в начале 90-х, когда деревья были большими, а сердца ждали перемен — в нашем смехе, в наших слезах. И в пульсации вен.

Сидоренко же, по сути, выпал из белорусского контекста, хотя периодически возвращался в страну — возглавить новополоцкий "Химик", минское "Динамо", "Гомель". Но все это было недолго и не так ярко, как в первый раз. "Амур", "Спартак", новокузнецкий "Металлург", родной "Трактор", "Дмитров", "Дизель" — бывало по-разному, но не про нас.

В "Дизеле" Сидоренко вновь имел дело с открытым обращением игроков. Однако на этот раз "письмо 31" было уже в его пользу. Хоккеисты протестовали против увольнения тренера, а также исполнительного директора клуба — писали губернатору. Под письмом подписались и четыре белоруса, выступавшие за "Дизель".

Вскоре Сидоренко уехал из Пензы, но впоследствии дважды возвращался. Здесь же, в "Дизеле" он работал еще в начале нынешнего года — с непродолжительной отлучкой в Польшу. Не по рабочим делам, на суд. Позапрошлым летом, когда тренер ездил на отдых, у него конфисковали автомобиль. Где-то продали клон его машины, и в России автомобиль числился в угоне. Суд неоднократно переносился по просьбе Сидоренко, который не мог найти подходящего времени. В итоге его вызвали в Польшу самое неподходящее — после выезда в Китай и перед перелетом в Казахстан и Сибирь. Немудрено, что под Новый год тренер "свалился" и провел праздники в постели.

Андрей Сидоренко. 2007 год

В роль кризисного управляющего он вжился давно и безнадежно. И если когда-либо ему должно было поступить новое предложение от сборной Беларуси и "Динамо", то, безусловно, оно поступило в подходящий момент. 

"Вот колени совсем не болят, а спину надорвал"

Игровую карьеру Сидоренко завершил из-за травмы, в 31 год. Как он полагает, одной из причин скоропостижного ухода стали нечеловеческие тренировочные нагрузки в "Тракторе", где защитник начинал: "Помню, нам надо было забежать на дерево, зацепиться за ветку, затем совершить кульбит. Для чего? Не знаю. На асфальте мы кувырки совершали. Вся спина была стерта. Кроссы бегали — 17 и 21 километр. Были также беговые упражнения: 15 рывков по 400 метров... Спина не выдержала. Вот колени совсем не болят, а спину надорвал. А как не надорвать, я пришел молодой, а меня с этими блинами, со штангой работать заставляли, тренажеров же никаких не было. Я за короткий период стал 160 килограммов тягать".

Челябинск действительно жесткий, рабочий, много промышленных предприятий. Я жил в Тракторозаводском районе. Утром встаешь и смотришь, какого цвета дым за окном — красный или серый. Но деваться некуда, все равно ведь день проведешь на улице, а она учила очень быстро. Если бы не хоккей, наверное, стал бы хулиганом. Обстановка располагала.

В 1996 году Сидоренко уходил из сборной, которая не сумела с первой попытки выйти в элитный дивизион. Но уже вторая оказалась удачной — белорусы выиграли все семь матчей. С 2005 года наша команда стабильно выступала в высшей лиге мирового хоккея, в 2006, 2009, 2014 и 2015 годах играла в плей-офф, а полгода назад опустилась в дивизион рангом ниже. Весной 2019-го Сидоренко вернется к той же задаче, которая в прошлом веке стояла перед ним в Эйндховене.

Андрей Ковалев и Андрей Сидоренко

Думаю, сейчас сложнее. Поколение ярких хоккеистов ушло, а следующее, столь же яркое, на смену не появилось. С другой стороны, каждый, кто сейчас будет привлекаться в сборную, наверняка захочет что-то доказать, помочь команде вернуться наверх. Для них, как и для меня, тоже будет очень важно, чтобы после каждого матча звучал белорусский гимн. Нужно будет собрать всех воедино, использовать лучшие качества каждого. Хотя, повторюсь, ситуация непростая…

Юрий ДОВНАР, фото — Александр ШИЧКО, Александр СТАДУБ, из архивов "Прессбола"

Назад