КХЛ Интервью 28 Октября 2019

«Новый тренер «Калгари» оставлял меня на втором плане». Владислав Еременко – о сложностях в WHL

Защитник «зубров» - про возвращение домой из-за океана, мечты об НХЛ и разговор с Дмитрием Басковым.

– Почему решил покинуть Северную Америку?

Думал, что играть еще год в юниорской лиге – конец для меня. Не хотел больше там выступать. Должен был выйти на новый уровень: играть с мастерами уровня КХЛ и НХЛ. Считаю, что могу потянуть этот уровень. Если бы остался в Америке, были бы в этом свои плюсы и минусы.

– Хотел ли ты покинуть США до звонка Баскова?

До этого был уверен, что останусь. После звонка Баскова задумался о своем будущем. В итоге принял решение попробовать свои силы в КХЛ.

– Какие аргументы приводил генеральный менеджер «зубров»?

Основной – «Динамо» делает ставку на молодых игроков. А играть в КХЛ большой шаг вперед в развитии. С такими тренерами и уровнем лиги в ближайшие два-три года могу уехать в НХЛ, если, конечно, буду прогрессировать.

– Рассматриваешь ли клуб в качестве платформы для подъема?

Конечно, приехал сюда, чтобы стать лучше и приблизиться к НХЛ.

– Например, поступит предложение из АХЛ. Что ответишь?

Трудный вопрос. На руках такого предложения нет.

– Что советовали родители?

Были уверены, что останусь в Америке. Однако после разговора с Басковым я позвонил родителям, агенту и мы приняли решение о возвращении в Беларусь.

– Перед приездом в «Динамо» произошла странная история – тебя обменяли в «Мус Джо Уорриорз», хотя в «Калгари Хитмен» ты был на ведущих ролях. Ты попросил о трейде?

Нет. Давай расскажу с самого начала. В первом сезоне я получал не очень много игрового времени, но делал все, что мог. После Нового года мне стали больше доверять, начал набирать больше очков. Во втором сезоне поменялись генменеджер, главный тренер. Новый рулевой поверил в меня, считал лидером команды. Я набрал 40 очков - это помогло попасть на драфт. После этого был полон энтузиазма, думал, что сейчас я эту лигу... В общем, буду проводить много времени, спокойно наберу 60 очков, но тренер вновь поменялся. И новый рулевой оставлял меня на втором плане. Сейчас поясню. Я половину сезона не понимал, что происходит. Работаю, выкладываюсь, а он ставит меня во вторую пару, вторую бригаду большинства…

– С ним нельзя было поговорить лично?

Можно. Но ты приходишь к нему, объясняешь ситуацию, а он не понимал моего недовольства. Я же играю в большинстве, во второй паре... После разговора я перестал обращать внимание на это. Бессмысленно.

У нас в команде был русский парень. Не знаю, то ли нас с ним считали лидерами, то ли... В общем, было много претензий к нашей игре. Там не так, там не это, мало тренируюсь, туда не хожу, ленивый, хотя я один из первых приходил [на тренировки]. Не знаю, у них была какая-то болезнь… Они думают, что русские ребята ленивые. Возможно, одного такого где-то увидели и теперь вешали ярлыки на всех подряд.

– Тяжелый год.

Да! Я сыграл первую половину сезона и уехал на молодежный чемпионат мира. Это мне очень помогло. Я раскрепостился, побыл дома. Поставил себе цель не обращать на него [тренера] внимания, играть в свой хоккей, на пределе возможностей, а если он что-то говорит махать головой, не пререкаться, если что-то ему не нравится. Приехал с «чистой» головой, во второй половине забросил 7-8 шайб, вышли в плей-офф, там я был лучшим защитником. Смогли пройти во второй раунд.

Закончили сезон. После него были индивидуальные собрания. Мне сказали, что могут обменять в другую команду. Я был не против, но обмена не просил. Я не такой человек, который будет просить трейда. Пока мне тренер не скажет, что ему не нужен, буду отдаваться полностью команде. После окончания сезона был в Канаде еще три дня, где-то в это время агент сообщил, что меня обменяли в «Мус Джо».

– Получается, ты был рад таким новостям?

Да. Я говорил агенту, чтобы не препятствовал обмену. Кстати, мог покинуть команду еще в Christmas break. Однако «Калгари» не горел большим желанием, да и не нашли подходящую замену.

– Куда могли обменять?

Не было конкретики, хоть куда-нибудь. Меня могли просто посадить на лавку, даже если неплохо отыграл. Это было невыносимо.

– Как справлялся?

Было тяжело психологически, постоянно разговаривал с родителями. Старался не показывать, что меня что-то беспокоит, никогда не опускал руки, но в голове все равно эти мысли присутствуют. Понимаешь, поменялась практически вся команда, тренер нашел себе новых лидеров. Например, на старте чемпионата мы проиграли пять игр, хотя в предсезонке всех побеждали. Ничего не работало. Ни большинство, ни меньшинство. Тренер сделал меня виновным за провал в большинстве, хотя если смотреть видео, то видно не я ошибаюсь и обрезаюсь. До меня даже шайба не доходила! Он начинает тасовать бригаду большинства. Мы начинаем побеждать, поскольку команда хорошая собралась, а у меня никакого шанса заиграть в первой бригаде, даже при «5 на 3» только три-четыре раза вышел на лед.

– Согласен, что ты, Мартынов, Протас и другие сделали неплохую рекламу белорусским хоккеистам? Теперь в юниорских лигах Канады на нас обращают внимание. Например, Соловьев, Пинчук, Оксентюк летом уехали туда.

Доля правды в этом есть. До нас там играло очень мало белорусов. Помогла федерация. Мы слетали на турнир U16 в Калгари, это очень помогло, поскольку там было много скаутов. Когда приезжает сборная, у них [скаутов] есть шанс выцепить хорошего хоккеиста, качественного «импорта». Мы себя неплохо показали, клубы заинтересовались. Это большой шаг вперед.

– У нас часто упрекают молодежь. Мол, ее нет. Думаю, ты не согласен.

Да, не согласен. Посмотрите на юниорские канадские лиги – это лучшая [молодежная] лига в мире. По сути, это юниорская НХЛ. Там много наших ребят на лидирующих позициях, они забивают, отдают передачи. У нас есть хорошие молодые игроки. Может, в Беларуси их неправильно используют или другой подход в стране, – рассказал Еременко.


Источник: «Прессбол»

Фото: «Динамо» Мн