Кубок Салея Интервью 10 Августа 2020

Роман Крикуненко: в большинстве команд ВХЛ нет таких условий, как в «Шахтере»

Герой второго тура Кубка Руслана Салея признался, что впервые во взрослой карьере сумел забросить три шайбы за матч.

Автор первого хет-трика в нынешнем розыгрыше Кубка Салея Роман Крикуненко в интервью Hockey.by рассказал о том, как главный тренер приводил команду в тонус после стартового поражения, как играется в обновленном звене, объяснил, почему остался в «Шахтере» еще на сезон, попытался разобраться, почему не удалось закрепиться в КХЛ, и вспомнил друзей детства, проведенного в Витебске и Новополоцке.


После поражения от «Химика» Юрий Файков посетовал, что зря полагался на профессионализм игроков и недостаточно жестко настраивал их на матч. Чем отличалась подготовка к встрече с «Витебском»?

– Все понимали, что у нас больше нет права на ошибку. Теперь надо выигрывать все матчи. С таким настроем и выходили на лед. А в самой подготовке ничего не отличалось, ведь выездная игра с «Витебском» была уже через день. Собрались, потренировались и поехали. Но, естественно, все сделали выводы после поражения от «Химика». Да и тренер, конечно, жестко с нами поговорил. Дал понять, что больше нельзя допускать такого, что случилось в матче с Новополоцком.

Тем не менее, после первого периода в Витебске счет был 1:1 при соотношении бросков 12-2. Команда не занервничала?

– Ну, тренеры нам еще в перерыве вставили. И сами с ребятами в раздевалке поговорили. В том плане, что давайте соберемся, иначе ничего хорошего не будет. И оставшиеся два периода провели нормально. В игре ничего не меняли, только в головах. При этом я не скажу, что и первый период мы отыграли плохо, просто забить получилось только однажды. Та же история была и с «Химиком». В первом периоде превзошли его по броскам 14-1, но соперник реализовал почти все свои моменты, а мы – нет.

Часто во взрослом хоккее хет-трики удавалось оформлять?

– Этот первый, наверное. Насколько я помню, даже в МХЛ их не было, только дубли случались.

Как в команде поздравили с этим достижением?

– Да ничего особенного. Просто подбодрили хорошими словами: «Молодчик, молодчик!» Вот и все.

В вашей тройке с Андреем Феклистовым теперь играет Данила Карабань. Быстро нашли с ним взаимопонимание?

– Да. С самого начала, как собрались на предсезонку, этой тройкой играем. Понятно, что взаимодействия еще не супер. Есть куда совершенствовать, далеко до идеала. Но притираемся друг к другу все лучше с каждым днем. И всем троим нам нравится, что играем вместе. Получаем удовольствие.

Общаетесь друг с другом, кроме как на тренировках?

– С Карабанем мы вообще вместе живем – и в Солигорске, и на выездах. Даже после игры приходим в номер, включаем на телевизоре повтор, пересматриваем игру, разбираем, что сделали так, что не так. Обсуждаем, устраиваем разбор полетов :)

Стал ли для вас неожиданностью уход вашего партнера по звену Владислава Бойко в «Юность»?

– Для меня – нет. Варимся в этой кухне все, и с прошлого сезона было понятно, что, скорее всего, он не останется.

А сами не подумывали поменять команду в межсезонье? Быстро договорились о новом контракте?

– Были предложения из других команд. Но решил остаться в «Шахтере». С тренерами после сезона сразу договорились, руки пожали.

За год в «Шахтере» разобрались в особенностях белорусской экстралиги? В чем ее специфика? Чем она отличается от других?

– Да ничем особо. Форматом турнира разве что. А хоккей тот же, что в ВХЛ. Никакой разницы не чувствуется. Просто там более 30 команд, а у нас в экстралиге «А» только восемь.

А почему вполне крепким легионерам часто не удается ярко заиграть у нас в экстралиге? Взять того же Никиту Двуреченского, который приехал сюда, имея приличный опыт в КХЛ.

– У каждого своя ситуация. У кого-то пошло, у кого-то – нет. Легионерам много времени на раскачку не дают. Если не получается, обычно сразу увольняют. Ведь иностранец должен быть лидером, показывать результат. Вопрос тренерского доверия, опять же, немаловажен. Если поставят в первое звено, где играют лучшие хоккеисты команды, то, как правило, удается сходу забивать. Но бывает, что определят в третью тройку, к примеру. А оттуда уже тяжелее себя проявить.

У нас иностранцам особенно непросто приходится в плей-офф. В основном здесь тащат белорусы. За всю историю экстралиги было не так много легионеров, которые в кубковых сражениях могли выступать так же ярко, как в «регулярке». Показателен пример того же Бойко. Как думаете, почему так?

– В плей-офф к игрокам ведущих звеньев особое внимание. Соперники пытаются нейтрализовать их в первую очередь. Здесь все плотнее, меньше свободы, нет права на ошибку. Это уже совсем другие матчи. Тут побеждает тот, кто больше хочет, кто больше бьется. На первый план выходит характер. Неспроста ведь появилось такое утверждение, что в нокаут-раунде решают третье-четвертое звенья. От них многое зависит. Но если ты легионер, сильный игрок – то должен что-то показывать вне зависимости от того, как против тебя действует соперник.

Прочувствовали это на себе?

– Да, конечно. Так получилось, что в конце «регулярки» у «Шахтера» выдался неудачный месяц, матчей восемь, кажется, проиграли. Некоторые эксперты начали уже говорить, что мы и Жлобин в первом раунде можем не пройти. Да нам и самим на фоне этих неудач немножко тревожно было. Но в плей-офф мы заиграли очень прилично, я считаю. Была совсем другая команда по сравнению с «регуляркой». Каждый чувствовал ответственность, все были единым целым. В итоге серию с «Металлургом» выиграли 4-0, а семиматчевое противостояние с «Неманом» в полуфинале, на мой взгляд, вообще украшение всего сезона. Когда в таком участвуешь, получаешь удовольствие.

Выступая в МХЛ за ярославский «Локо», вы были на заметных ролях, в сезоне-2015/16 стали лучшим бомбардиром команды, затем хорошо провели дебютный год в ВХЛ за «Рязань». Но следующие два сезона явно не удались – мало игр, еще меньше очков. Почему не удалось пробиться в основу «Локомотива» и вообще заиграть в России? Ведь немало из бывших партнеров по «Локо» увереннее шагнули во взрослый хоккей, играют в КХЛ, а некоторые даже дебютировали в НХЛ.

– Когда мы с Алексеевым и Юртайкиным играли в ВХЛ за «Рязань», многих наших ровесников в других командах подпускали к КХЛ, а нас – нет. После первого года в «вышке» прошел предсезонку с «Локомотивом», но шанса проявить себя в КХЛ здесь мне не предоставили, но отпустили в «Адмирал», где главным тренером был Александр Андриевский. Начиналось все хорошо, он мне давал играть. Но успел провести только шесть матчей, получил травму. Пока лечился, Андриевского сняли. Я вышел – и снова травмировался. Новый тренер сказал, что у меня слишком много травм и отказался от моих услуг. В итоге оказался в новокузнецком «Металлурге», но в третьем матче за эту команду получил еще одно повреждение – третье за сезон...

Это были рецидивы? Или каждый раз случалась новая травма? Вы долечивались до конца?

– Это разные повреждения. Но в третьем случае я выходил на лед, не до конца восстановившись. В Новокузнецке порвал связки голеностопа. Пока лечился, подошло время плей-офф. Поэтому играл на уколах, через боль. Помог команде пройти первый раунд. Но в «Кузне» не остался, в 2018 году поехал в Рязань, к тому тренеру, у которого провел тот хороший дебютный сезон в ВХЛ. Но и там не сложилось. Играл немного, очков набирал мало. Перешел в Саров, завершал сезон там.

После двух этих ужасных лет вариантов в ВХЛ практически не было. И тут на связь вышел «Шахтер». Сначала, конечно, были сомнения, потому что в России думают, будто в Беларуси смешная лига. Но я приехал и убедился, что в экстралиге хоккей не хуже. В большинстве команд ВХЛ таких условий, как в «Шахтере», нет. Речь о проживании, питании, условиях для тренировок. Все на высшем уровне.

Два неудачных года в России не подорвали уверенность в своих силах? Не было упаднических настроений, депрессии?

– Конечно, были. Когда два сезона подряд набираешь по десять очков, а летом сидишь без команды. Не знаешь, куда податься, ждешь у моря погоды... Всякие мысли посещали. Рад, что подвернулся вариант с Беларусью. Провел здесь хороший сезон. Хотя не сразу все шло гладко. Приехал за неделю до старта чемпионата. Был без предсезонки. Дома-то занимался, но когда тренируешься один, это не то. С командой намного лучше. Приехал в Солигорск, дня четыре, наверное, находился на просмотре. Подписал контракт. Поначалу все нормально было. А потом то ли в яму функциональную попал, то ли что. Тренерский штаб был недоволен. Хотели увольнять. Но получилось провести пару удачных игр и остаться в команде.


В детстве вы 6-7 лет провели в Беларуси: начинали заниматься хоккеем в Витебске, затем перебрались в Новополоцк. С кем-то из сверстников поддерживаете связь?

– Да, конечно. Со многими из нынешнего состава «Химика» играл и тренировался вместе – Гавриленко, Фарафонтов... С Лоновенко мы потом еще и в России пересекались, когда он в был в «Алмазе» и в Питере. С Коваленей еще когда-то играл мой отец, Олег Крикуненко. А Станислав Андреевич Коробов был моим тренером. Рад был видеть всех, когда «Химик» приезжал к нам на матч в Солигорск. С детских лет знаю немало и тех ребят, которые теперь в других командах играют.

Теперь ваш дом – Ярославль?

– Да. Переехали туда всей семьей, когда мне было 13 лет. Меня пригласили в «Локомотив», отец устроился тренером в хоккейной школе. Так что летом туда в отпуск езжу. Живем там.

Отец тренирует ребят 2005 года рождения?

– Да, сам занимался их набором. Так до сих пор этот возраст и ведет.

Ваш брат Артем у отца тренируется?

– Да, он 2005 года рождения.

Как успехи брата?

– Довольно неплохие. Играет в чемпионате Москвы, в числе лучших бомбардиров лиги.

В этом возрасте российскую сборную формируют?

– Летом должен был пройти сбор среди парней 2005 года рождения. Планировали организовать кэмп в Сочи, пригласить около сотни человек из всей России – на четыре-пять команд. Артем тоже был в расширенном списке кандидатов. Но сбор сорвался из-за пандемии коронавируса.

В родном Харькове когда прошлый раз бывали?

– Давно там не были. Когда начались военные действия на востоке Украины, мы перестали туда ездить. Но все родственники там.

За харьковские команды играл Андрей Крикуненко, 1981 года рождения…

– Это брат моего отца. Мой дядя. Он уже закончил игровую карьеру. Но в хоккейной сфере остался.

Текст: Сергей Вишневский