Андрей Мезин: мы старались, чтобы у нас был самый лучший коллектив. Разговаривая с ребятами, понимаю, что они получили удовольствие от игры в этом сезоне

– С последнего официального матча прошло уже достаточно времени. Как сейчас ваше настроение? Удалось уже отойти от неудачи в полуфинале?

– Это спорт. В принципе, я доволен командой: мы старались, бились. Да, результата в виде трофея или медалей нет, но мы показали характер.

– Что было самым сложным в принятии такого результата?

– Ситуация с переносом матча нас немножко подкосила. Во второй игре серии – первой в Смоленске – мы эмоционально были не готовы. Возможно, если бы все шло, как и должно было, итог мог быть и другим.

– Если оценить серию со «Славутичем» чисто с игровой точки зрения.

– Мы немного меняли тактику по сравнению с матчами с «Гомелем». В полуфинале встретились, считаю, две равные команды. Обе – быстрые. Да, ситуация со льдом на нас повлияла, я считаю. В моей практике такого не было. Но побеждает сильнейший.

– Следите за финальной серией?

– Конечно, смотрю. Но не как болельщик, а с профессиональной точки зрения.

– Вернемся в начало сезона. Вы ведь с командой с самой первой тренировки в спортивном зале СЗК – Павел Перепехин тогда еще не приехал. С какими мыслями вообще ехали в Солигорск? Чего ожидали от сезона, от хоккеистов? Прямо скажем, тогда именно тренерский штаб казался главными звездами.

– Год перед этим был без работы, хотелось вернуться. Искал варианты. Когда назначили Павла Перепехина, созвонились. Он предложил присоединиться к тренерскому штабу. Я согласился, даже не раздумывая.

Ожидания? Честно, я не знал чего ожидать. Знал, что будет молодая команда. Понятно, что лично я всегда хочу добиваться максимального результата. Но именно в момент прихода в «Шахтер» больше думал непосредственно о том, как построить работу.

– Перепехин, Андриевский, Мезин – со стороны может показаться, что это три медведя в одной берлоге. Изнутри же было видно, что у вас было хорошо налажено взаимодействие. Как этого удалось достичь?

– Во-первых, каждый знал свою зону ответственности. Перепехин был главным – он занимался общим руководством, а каждый из нас делал именно свое дело. Плюс, мы давно друг друга знаем. Степень доверия очень высокая, поэтому работать вместе было легко. Прекрасный тренерский штаб. Очень рад, что оказался в нем.

– Вдогонку вопрос и про доверие к молодым специалистам – Никите Силику и Ивану Домасевичу. Насколько понимаем, раньше вы знакомы не были.

– Да, знакомы не были. Их подбирал Павел Викторович. И сделал это удачно. Доверял парням и обучал. Считаю, что сейчас они выросли и перешли на другой уровень.

– После ухода Перепехина вам предложили возглавить команду. Знаем, что у вас были некоторые сомнения. Что помогло их преодолеть?

– Наверное, коллектив, который здесь собрался. Могло ведь пойти по-разному: я мог как «утопить» команду, так и поднять. Первое, что я пытался сделать – это сохранить тот уровень, на который мы вышли на тот момент.

– Понятно, что у главного тренера круг обязанностей шире. Было ли что-то такое, что вас удивило, когда вы осознали, что и об этом теперь тоже нужно заботиться вам?

– Пожалуй, нет. Я понимал, какая степень ответственности – ты ответственен практически за всё. Поэтому и были сомнения. Справлюсь ли? Хотя в хоккее я не один год, знал, как и что работает. Но лично с такой ситуацией – быть главным тренером – я никогда до этого не сталкивался.

– Еще вернемся к штабу. Евгений Каштанов пришел уже после ухода Андриевского, но еще до того как Перепехин покинул команду. А вот Леонида Гришукевича вам пришлось какое-то время подождать. И тогда вы выполняли функции и главного тренера, и параллельно занимались с вратарями. Насколько тяжело было совмещать? Насколько стало проще, когда Гришукевич пополнил тренерский штаб?

– Намного проще. Тем более, что я его хорошо знал – знал, что это очень хороший специалист. На тот момент я реально уже не справлялся – вратари где-то не получали того внимания, которое было необходимо.

– К концу регулярного чемпионата, когда пошла та самая победная серия, если все были здоровы, то состав было довольно просто предсказать. Осознанно шли к такому постоянству?

– Я доверяю всем игрокам, которые есть в этой команде. Хочу, чтобы все играли. Понятное дело, это невозможно. По ходу сезона планировали, что у нас будет два забивающих звена и два звена, скажем так, оборонительного плана. Но получилось немного иначе. У нас в каждом звене – опытный центральный нападающий, есть много молодежи – и сложилось так, что все четыре звена были более или менее равными. И мы не видели смысла тасовать. Тем более, что у ребят появилась хорошая «химия». И, как вы видели, каждое звено могло выигрывать матчи для нас. Поначалу проверяли ребят, смотрели, на что они способны, разговаривали с ними. В итоге пришли к такому варианту. Для меня это тоже новый опыт.

– Насколько для вас важна обратная связь от игроков?

– Думал о том, каким хочу быть тренером. Есть, грубо говоря, типаж «диктатор», есть – «демократ». Понимаю, что страх можно контролировать. Любовь ты контролировать не можешь: сегодня тебя любят, завтра тебя ненавидят. Но я все-таки выбрал второй вариант. Да и диктаторство не в моем характере. Главное, что ребята хотят быть здесь – им нравится играть в такой хоккей. Думаю, что если отклика от игроков нет, значит, ты что-то делаешь не так. Для меня важна обратная связь.

– За счет чего все-таки удалось совершить тот рывок из 14 побед подряд и запрыгнуть на второе место в турнирной таблице?

– В регулярном чемпионате все было очень «на тоненького» – кому-то из целой группы команд, которые шли практически вровень, пришлось бы пробиваться через плей-ин. Мы боролись за то, чтобы все-таки попасть в шестерку и выйти в плей-офф напрямую. И эта борьба, наверное, и вылилась в такую победную серию и выход со второго места.

– Самый тяжелый отрезок регулярки, когда было четыре поражения подряд, наложился на травму Нестерова. Совпадение ли это?

– Это капитан команды, который ее держит. Что касается именно тех матчей, то где-то были и мои огрехи: проверял сочетания – и так далее. Но Герман – это вожак стаи, на нем многое держится. Думаю, что будь он в составе, четырех поражений подряд бы не было. Если так разобраться, у нас нет явного лидера с точки зрения набора очков – у всей команды примерно одинаковая статистика. Для меня это более важно, чем вырастить какого-то супербомбардира.

– Есть ли хоккеисты, которые удивили? Может быть, кто-то раскрылся в незнакомой роли или, например, неожиданно для вас проявил качества – игровые или в том, что касается характера?

– Не хочу никого выделять. Могу кого-то забыть и ненароком как-то обидеть. Но я бы выделил коллектив – для меня это было самым важным. Мы старались сделать так, чтобы у нас был самый лучший коллектив. Надеюсь, у нас получилось. Разговаривая с ребятами, понимаю, что они получили удовольствие от игры в этом сезоне.

– Не слишком ли все сладко и комфортно, когда все довольны и счастливы?

– Хоккей для нас – это работа. И все работали, выполняли установки – здесь никаких претензий. Лентяев в этой команде нет. Но это должна быть любимая работа. Когда ты получаешь удовольствие от своей работы, я считаю, что это самое лучшее, что может быть.

– К недавним тренировкам с основным составом привлекались сразу 12 человек из фарма. Идет работа с прицелом уже на следующий сезон?

– Да, надо знать, кто у тебя на подходе. Плюс, сейчас из армии ребята вернутся, из аренд. Поэтому мысли уже и о следующем сезоне: кто будет здесь, кому еще нужно будет поиграть в фарм-клубе. Команда создается, когда есть конкуренция. Это очень важно. Без конкуренции результата не будет. Кто-то, возможно, войдет в зону комфорта, но нужно понимать, что для всех места нет. Ветеран будет бороться за свое место, чтобы молодежь не «съела». Молодежь же будет биться за свой шанс. Это спорт. Играют сильнейшие. И свой статус нужно подтверждать постоянно.

– Есть ли понимание (хотя бы примерное), каким будет состав? Потому что кто-то уходит в армию, кто-то, наверняка, будет востребован на рынке.

– Уже сейчас понятно, что команда поменяется примерно на 50%. В дальнейшем комплектовании многое будет зависеть от того, кто останется. Для себя мы тоже стараемся понять, чего или кого нам не хватило в уже завершившемся для нас сезоне. Много факторов будет влиять на то, какой мы увидим команду в будущем.

– Немного о быте. Как отвлекаетесь от хоккея? Возможно ли это?

– Если в течение сезона, то ты практически целыми днями на арене. И даже если не там, то мыслями все равно возвращаешься или к прошедшим тренировкам, или к планированию следующих.

– Приближается отпуск. Возможно, там получится отключиться от работы.

– Скорее всего, съездим куда-то отдохнуть. Но, думаю, отпуск будет не совсем расслабляющим. Будет идти комплектование команды, и мы постоянно будем на связи с руководством, с другими тренерами. Но я спокойно к этому отношусь. В этом есть определенный азарт.

Источ