Никита Толопило: неважно, в какой ты форме и как себя чувствуешь – если появляется возможность, нужно за нее цепляться

– Твой партнер по команде и основной вратарь Тэтчер Демко – это элитный голкипер, но он, к сожалению, склонен к травмам. В этом сезоне ему снова не удалось избежать повреждения. Понятно, что когда травмируется основной вратарь, ты должен быть готов в любой момент выйти на лед. Насколько у тебя ушло какое-то психологическое давление, когда ты понял, что остаток сезона во многом будет зависеть от тебя?

– В начале сезона я сам получил травму, кажется, в третьей игре – потянул задние мышцы ноги. Буквально через неделю травмировался Демко. Я тогда сидел и думал: «Ну как так?» До этого у меня травм не было лет пять. Получается, я выбыл, но уже через неделю начал понемногу кататься. Думал, что это шанс. При этом было непонятно, как все сложится. Может, Демко быстро восстановится и доиграет весь сезон, а другого такого шанса у меня уже не будет. Поэтому мне хотелось как можно скорее вернуться на лед.

Я тренировался, восстанавливался, но весь тренерский и медицинский штаб «Ванкувера» говорил, что не надо торопиться. Сначала нужно полностью восстановиться, пройти все тесты, проверить силу ног. Когда показатели были примерно одинаковыми, тогда допустили к играм. В итоге прошел месяц. Все это время я не играл, Демко тоже был травмирован. Из АХЛ подняли другого вратаря – чеха, который на год старше меня [Иржи Патера]. Он до этого уже провел несколько матчей за «Вегас». Пока мы с Демко восстанавливались, Патере тоже дали шанс сыграть в НХЛ в матче против «Флориды».

Когда я восстановился, мне дали провести две игры в АХЛ, причем back-to-back, а потом сразу подняли наверх. Первый матч был против «Анахайма». Я понимал, что месяц не играл, что после двух матчей кондиции еще не идеальные. Но также понимал: шанс нельзя откладывать. Неважно, в какой ты форме и как себя чувствуешь – если появляется возможность, нужно за нее цепляться. Поэтому, когда меня вызвали, я сразу поехал играть. И если говорить о том, понимал ли я тогда, что могу стать основным вратарем до конца сезона, то нет. На тот момент этого вообще никто не знал. Демко уже восстанавливался, но никто ведь не скажет, на сколько ты приехал – на неделю, на две или дольше. Я понимал только одно: есть несколько матчей, которые мне дадут сыграть, и это мой шанс показать себя, а дальше будет видно. Нужно было сделать все возможное.

Помню первую игру, после первого периода пришел в раздевалку весь красный. Наверное, никогда так не уставал. По воротам бросили около пятнадцати раз, которые вошли в статистику, и еще примерно столько же не засчитали. Но мы выиграли – 5:4. Все были довольны, и я тоже. Это был примерно ноябрь или декабрь. Меня тогда подняли недели на две-три. За этот период получился хороший отрезок: сыграл три-четыре матча, и несколько из них провел действительно очень хорошо. Потом мы дома обыграли «Миннесоту», которая на тот момент шла среди лидеров конференции.

После этого выздоровел Демко, и меня снова отправили в АХЛ. Но когда меня спустили, я понимал: сделал все, что мог. Дальше оставалось только продолжать работать. Я вернулся в АХЛ, занимался тем же самым и ждал следующего шанса.